В Башкирии с Международным днем пожилых поздравили 92-летнюю бывшую узницу фашистского трудового лагеря Марию Суздаль

Первый заместитель главы администрации Чишминского района Эрнес Каримов и председатель Совета ветеранов Радик Ахмадиев навестили Марию Васильевну Суздаль из села Шингак-Куль перед праздником. Она радушно встретила гостей и поблагодарила за оказанное внимание и поддержку.

Мария Васильевна отметила, что ни одна ее просьба без ответа не остается и проблемы оперативно решаются. Пожилая женщина попросила посодействовать приведению в порядок навеса над крыльцом и сразу же получила положительный ответ. В кратчайшие сроки ремонт будет произведен.

У Марии Суздаль в комнате очень уютно, тепло. Она в домашнем халате сидит на кровати. У нее аккуратная короткая стрижка и невероятно добрые глаза, ее взгляд устремлен в окно - на подоконнике стоит портрет мужа Николая Ивановича.

-Я всегда смотрю на него, и когда встаю, кушаю, разговариваю, ложусь, делюсь мыслями, – рассказывает она. И, продолжает. – Бог дал мне жизнь – живу. А сколько боли и страданий перенесли мы там (Прим. ред. Мария Суздаль пробыла в немецком трудовом лагере города Гредиц). Думали, что не выживем, – голос дрожит, когда вспоминает то время.

У нее хорошая память, но особенно все, до мельчайших деталей, помнит то время пребывания за колючей проволокой – ужасные годы своего детства.

Мария Васильевна уроженка Саратовской области. После раскулачивания семья переезжает в Сталинград, тогда маленькой Марии было всего год. К началу войны Марии Васильевне было десять. В 1941 году она с матерью и сестрой так и не смогут эвакуироваться. 

-Всем дали приказ: «Эвакуироваться!», но когда мы уже были у берега, началась бомбежка. Убежали обратно в бомбоубежище, никак не получалось переправиться на другой берег. Потом и вовсе смирились с мыслью, что уже нет никакой разницы, где помирать. Вот так и сидели в тесноте, холоде и голоде, – вспоминает Мария Суздаль.

Со словами «Русь, выходи» были взяты в плен немецкими захватчиками. Потом их везли как скот в товарных вагонах, никто и не знал, куда. Вот так Мария оказалась в лагере города Гредиц.

-Выгрузили и раскидали по нарам, нас заставляли мыть пробирки в лаборатории, чистить картошку полякам и французам, а русским давали только неочищенную. Очень хотели кушать, а ели баланду, брюкву, шпинат, нечищеную картошку, иногда давали кусочек хлеба. Вот сейчас вижу и слышу, как жалуются на жизнь, мол денег не хватает, или не вкусно приготовлена еда. Вот тогда я им и рассказываю про свое детство, проведенное за колючей проволокой. Это не жизнь была, а мука, – говорит Мария Васильевна.

Там в трудовом лагере через два года семь месяцев взрослые узники от немцев услышали, что русские уже подступают. Все очень обрадовались и стали ждать Красную армию. Когда наши войска стали приближаться, немцы все бросили и убежали, а узники вышли на посадку и спрятались.

-Смотрим – едут наши танки, остановились, нас, детей, берут на руки. Все, освобожденные, плачем, обнимаемся. До сих пор четко помню, – с дрожью в голосе рассказывает Мария Суздаль. 

Потом они с сестрой прибыли в Сталинград, но там их ждала полная разруха – ничего не осталось от прежнего города.

А попала в Башкирию случайно, соседка попросила Марию сопроводить  своего слепого сына в Уфу для поступления в музыкальное училище. Там и познакомилась с будущим мужем Николаем Ивановичем инвалидом первой группы, участником Великой Отечественной войны. Вскоре муж привез ее в свое село Шингак-Куль. Мария Васильевна долгое время лечилась от туберкулеза и выздоровела.

-Это чудо, что после стольких страданий перенесенных болезней я до сих пор живу – живу жизнь. Я, конечно, очень скучаю по городу детства, но моя Родина - Башкирия, – с гордостью говорит Мария Васильевна Суздаль. – Пусть будет мир на земле, пусть будут счастливы и здоровы все, – пожелала она.

Мы хотели ее обратно усадить на кровать, но она, крепко держа нас за локоть, вышла провожать до самого крылечка.

«Мои хорошие, я еще могу ходить», – улыбнулась она в ответ за наши переживания.