Женщина-волонтер из Башкирии рассказала о своей поездке в военный госпиталь

– Энже Ревилевна, что подтолкнуло вас присоединиться к такому важному проекту?

– Если честно, я просто знала, что есть проект «Первая юрта», видела, как волонтеры ездят в госпитали, и с таким уважением смотрела на женщин, которые там участвуют – для меня они настоящий пример самоотверженности и доброты.

– Это региональный проект? Как попасть в такую команду?

– Верно, это региональный проект. Есть специальная анкета-заявка, и любой желающий может ее подать. Нет никаких ограничений по должности или положению, но важно для себя честно оценить – готов ли ты к таким поездкам как физически, так и морально.  В анкете указываешь все свои данные, навыки – например, умение оказывать первую помощь всегда приветствуется. Потом уже организаторы рассматривают, приглашают на беседу, и там уже принимается решение. Предлагают даты поездок, и ты можешь выбрать удобное для себя время.

– Вы упомянули, что первая поездка была особенной – сразу стали руководителем группы?

– Да, это вышло очень быстро и неожиданно! Получилось так, что руководитель 15-го состава, с которым я должна была ехать, не смог, и организаторы доверили эту миссию мне. Конечно, для меня это было вдвойне волнительно – ехать в совершенно незнакомую обстановку, где ты еще не «протоптал дорожку», да еще и вести за собой людей!  Но, как говорится, «только смелым покоряются вершины»! Я согласилась –есть многолетний опыт работы руководителем в большом коллективе.

– Какие были первые ощущения?

– Ощущения начинаются задолго до назначенного места, на этапе очень строгого инструктажа: что делать можно, а что нельзя. Это же не прогулка, это работа в зоне военного положения.  Необходимо отключать геолокацию, быть готовым к тому, что связи и интернета может не быть до 5-6 часов.  Нужно быть максимально подготовленным: знать адреса, иметь карты.

– А как организован быт для волонтеров в таких непростых условиях?

– Несмотря на все сложности, проект очень заботится о нас, волонтерах!  Пока ехали в автобусе, конечно, успели сдружиться с коллективом. Руководитель проекта Гузель координаторы Чулпан и Гузель полностью нас опекают: все рассказывают, показывают. Мы проживали в съемной квартире в городе с удобствами. Важно – знать, что есть уютное место, куда можно вернуться после смены в госпитале, где можем восстановиться морально. Транспортом тоже обеспечивает проект «Первая юрта», нас привозили и увозили на автобусе.

– Расскажите о первом дне в госпитале. Сразу пришлось проявлять твердость характера?

– Первое, что я почувствовала – это, конечно, настороженность.  Нас распределили по отделениям, я работала на четвертом этаже. Для себя сразу решила, что должна зайти в каждую палату, со всеми познакомиться. Ведь с кем-то мы будем общаться две недели, а кто-то, поступив вечером, уже утром будет эвакуирован в другие госпитали. А с кем-то предстоит соприкасаться каждый день на протяжении долгого времени его реабилитации. Кстати, я почти всех помню по именам, по характеру, со многими по сей день переписываемся. Некоторые после нашего разговора говорили, что я строгая (улыбается).Я им отвечаю: «Да, я на самом деле очень строгая, но при этом – теплая». Моя строгость – это, на самом деле, забота.

– Пришлось работать и психологом, и наставником…

– Именно так! В первый день был тяжелее всего. Бойцы относятся к тебе настороженно, но все равно со всеми пыталась наладить контакт. И уже на второй видно, как они привыкают, начинают доверять. Порой сами приходили в столовую, где мы «крутили» марлю (складывали перевязочный материал для использования во время операций или перевязках), делятся историями – от самого рождения и до того, как попали сюда. Кто-то рассказывает о счастливой или несчастной любви, детях… Жизненных историй – море! Есть, конечно, те, кто совсем замыкается в себе, кто вообще не разговаривает. Вот таких сразу выделяешь и начинаешь, можно сказать, «надоедать», но по-доброму.

Подходишь: «Может, ты яблоко хочешь? Чай попьем?» Каждый вечер в магазинах специально закупали фрукты, шоколадные батончики, зная, что кому-то это может просто помочь начать разговор. Присядешь рядом с молчаливым бойцом и говоришь: «Может, банан предложить?» – и потихонечку выводишь его на разговор. Сначала на первоначальный, а потом уже дальше легче наладить контакт.Врачам и медсестрам, конечно, некогда устраивать долгие беседы. А вот мы, волонтеры, полностью для того и есть – чтобы просто сесть рядом, взять за руку, выслушать, поговорить, разговорить. Иногда бывает: «Что ты такой грустный?» – «Да вот, у меня телефона нет, а мне надо маме позвонить или жене, сказать, что я здесь, живой…» Даешь им свой телефон, они звонят, разговаривают. И всем становится легче на душе. А иногда и симку нужно приобрести, есть определенные сложности.

Был случай, когда Ирик, парень из Уфы, не мог позвонить маме. Я его состыковала с одним бойцом из его же отделения: «Эльмир, ты здесь давно лежишь, помоги Ирику». И вот, нашли ему симку, привезли – вопрос решился. Быть таким звеном, помогающим решить эти маленькие, но такие важные проблемы, была и нашей миссией, ведь многие стесняются просить помощи. Многие ребята очень скромные, хотя есть, конечно, очень вальяжные парни, но в основном все очень степенные.

Помню, как привезли парня из Стерлибашевского района. Он как узнал, что мы из Башкирии, сразу стал разговаривать с нами на татарском. Все рассказал – про свою семью, как его из деревни провожали, как подписал контракт. В его словах была такая тоска по дому, по привычному общению на родном языке!..

У каждого же были бейджики с именами. Бойцы сразу обращают внимание на непривычные для них имена. Интересовались, что означает мое имя в переводе на русский язык. Так и родился мой позывной: Жемчужина. Мы, волонтеры, всегда старались предугадать запросы. Вот, бойца повезли на операцию, а кухня уже закрыта. Мы ему быстренько все в тарелочке приготовим: «Вот тебе на подоконнике оставляем, через три часа можно будет кушать. Ночью проснешься – а здесь у тебя еда, перекусишь». А так он бы до утра пролежал голодный, возможно, до этого может и крошки не было во рту несколько дней!..

Я не говорю о какой-то вселенской помощи, но доставить человеку одну маленькую радость, чтобы ему стало хорошо – это разве не замечательно? Раньше я никогда не делала по 25 тысяч шагов в день, а там в разы больше, и совершенно не чувствуешь усталости. Мы приходили к половине восьмому утра и работали по 8-9 часов.

– Вы, наверное, уже когда уезжали в первый раз, знали, что будет и вторая, и последующая поездка?
– У меня было огромное желание вернуться. Вернуться с нужными вещами. Во время перевязок видела, что очень нужны самоклеящиеся бинты – они удобны, облегчают и ускоряют работу, а их не хватает. Знала, что бывает так, что тарелку на подоконнике не оставишь – остынет, или ее могут убрать... А у нас же в ООО «Центр питания» есть еда, упакованная в специальные реторт-пакеты. В следующую поездку я уже точно знала с чем поеду, что нам будет необходимо. Действительно, они нас сильно выручали. Мы реторт-пакеты оставляли тем, кто уходил на ночную операцию или уезжал ночью поездом. Были в курсе, сколько примерно привезли новых ребят, и кто в чем нуждается…

Среди бойцов, с которыми приходилось общаться, было очень много совсем молодых ребят. Порой смотришь на них – а им всего по 18-20 лет. И невольно сравниваешь: ведь моему ребенку примерно столько же...

В один из дней нашей работы в госпитале поступил парень. Невысокого роста, еще совсем юный. Ему перевязывали раны, и было видно, как сильно ему больно. Я подошла к нему, пытаясь отвлечь и поддержать.

«Родной, потерпи чуть-чуть, надо перевязать, чтобы воспаления не было. Это нужно, чтобы кровь не сочилась… Давай поговорим, давай я тебя обниму» – говорю. Ему 18 лет, и уже четыре месяца как он воюет. Спрашиваю: «Ты откуда?» Отвечает: «Я местный. Вырос на войне, пошел защищать родину, потому что не могу по-другому.» На мой вопрос «А что дальше? Он,спокойно, без тени сомнения произнес: «Ноги подлечу – и пойду обратно.» В этот момент я не выдержала, просто обняла его, чтобы скрыть слезы на глазах. Это был единственный раз, когда я так открыто дала волю эмоциям. Настолько это было сильно – осознать, как дети, живущие в военных условиях, выросли…

Для них защита своих родных, свою Родину – это уже в крови и характере. Выросло поколение воинов. Таких ребят много. Страшно за них, и такая огромная гордость за дух и мужество наших ребят. Порой, кажется, мы действительно живем в разных мирах. Там, на передовой, ценится дружба, простая человеческая забота, сопереживание.

Особенно ценны встречи с нашими земляками. Кто-то сыграет на кубызе, что бережно хранит у сердца, другой просто расскажет истории из жизни и боевых будней, кто-то просит письма и рисунки от детей почитать. Мы с девочками-волонтерами регулярно привозим много сладостей и предметов первой необходимости, что значительно улучшает условия пребывания ребят в госпитале, что помогает сделать их время в больнице более комфортным и радостным.

Смена в две недели пролетает как один миг. Мне несказанно повезло с волонтерами из Межгорья, как с пятнадцатым составом, так и с двадцать пятым. Эти люди невероятно трудолюбивы и обладают добрым сердцем. Искренне благодарна им за совместную работу. Руководство госпиталя и весь персонал выражают огромную признательность «Первой юрте» за неоценимую помощь, которую они оказывают. Особую благодарность хочу адресовать каждому, кто участвует и продолжает участвовать в сборе вещей и денежных средств для гуманитарной помощи. Ваша поддержка остается незаменимой и имеет огромное значение для всех. Волонтеры «Первой Юрты» отдают все силы ради победы и облегчения страданий раненых – порой сквозь слезы.

– Что меняется в жизни после возвращения домой?

– Прежде всего появляется твердое желание снова вернуться в госпиталь, чтобы с приобретенными знаниями помогать медицинскому персоналу и ухаживать за ранеными. Эта миссия словно затягивает: повседневные бытовые проблемы начинают казаться незначительными, перестаешь зацикливаться на мелочах. Каждый миг жизни обретает особую ценность и наполняется по‑настоящему важными делами.
Хочу пожелать всем беречь себя и своих близких, ценить мир и каждого человека рядом. Давайте помнить: настоящая сила – не в спорах и конфликтах, а в способности к состраданию, взаимопомощи и доброте.

Отметим, что в 2024 году Глава Республики Башкортостан Радий Хабиров поддержал инициативу формирования женских отрядов для работы в военных госпиталях в зоне СВО. О региональном проекте «Первая юрта» можно подробнее узнать у них на страничке в ВКонтакте.